Воскресенье, 25.06.2017, 16:21 Приветствую Вас Гость


Венлан, дом темной эльфийки Квилессе.

Главная | Регистрация | Вход | RSS
Карта Венлана
Перекресток дорог
Проза [153]
Мир фэнтези, то, о чем мы мечтаем.
Стихи [79]
Стихи, написанные нашими участниками
Рисунки [7]
Рисунки наших участников
Все о "Вастелине колец", "Сильмариллионе", эльфах и хоббитах. Миры Средиземья. [0]
Все о "Вастелине колец", "Сильмариллионе", эльфах и хоббитах.Толкиен и его миры.
Звездные войны. [39]
Все, посвященное Звездным войнам, темной и светлой сторонам силы
Мир КБЗ. [5]
Все, что касается КБЗ.
Сильфиада. [0]
Сильфиада, и все с нею связанное.
Фанфики [32]
Комикс Квилессе [3]
комиксы моей ручной работы ;-)
Поиск по сайту
Таверна
Теги
Статистика
Яндекс.Метрика
Рейтинг@Mail.ru
Народу в Венлане 1
Странствующих Менестрелей 1
Хозяев Венлана 0
Добро пожаловать!
Главная » Статьи » Проза [ Добавить статью ]

R-052.

1. Суд.

Люк понимал, что он ничего не может сделать. Ничего. Абсолютно.
Его заслуги перед Республикой и повстанцами были высоки, но на другой чаше весов стояли заслуги Вейдера перед Империей, и они были куда весомее. 
Был мертв Император, но это не означало автоматически, что умерла и Империя. Вовсе нет. У нее осталось слишком много союзников; и Вейдер, будь он свободен, нашел бы способ заставить их признать Императором себя, и объединиться против повстанцев под его руководством. Вероятно, что не многие бы испытали радость от того, что известный своей жестокостью Вейдер взошел на трон, и, скорее всего, было бы много противников этого. Но что-то подсказывало, что Вейдер смог бы их уговорить, например, скрутив в дугу. В этом положении трудно спорить. 
Вейдера было решено судить как военного преступника - и в этом был скорее плюс, чем минус. Совет джедаев, будь он сейчас в союзниках у повстанцев, вынес бы Вейдеру смертный приговор однозначно, потому что любой из них, лишь только прикоснувшись разумом к разуму Вейдера, увидел бы то, чего никогда не увидят повстанцы сквозь стекла его шлема - Вейдер остался ситхом. 
Даже проникнувшись состраданием к сыну, даже решившись на этот отчаянный поступок, убив Императора - он все равно остался ситхом.
Ситх-ученик всегда стремится убить ситха-учителя и занять его место. Это было неизменным правилом, об этом знали все - и даже ситхи-учителя, берущие учеников, подспудно ждали этого момента потом всю жизнь. 
Дарт Вейдер признал сына, и пожалел его. Вероятно, в его душе даже шевельнулось нечто, похожее на любовь к Люку - отголоски старой-престарой счастливой истории, не доведенной до уютного "и жили они вместе долго и счастливо"... Он любил своих детей еще тогда, когда они были в чреве их матери, и Вейдеру нужно было просто вспомнить об этом. И он вспомнил. 
Но кто сказал, что он отказался от честолюбивых планов и мыслей? Вовсе нет; если бы Звезда Смерти не взорвалась... о, если бы она не взорвалась! Он не преминул бы после повторить попытку соблазнить Люка и взять его себе в ученики, и кто знает, кто знает, чем бы она закончилась!
Всего этого не могли увидеть повстанцы и Временный Совет, но отлично поняли бы джедаи. Для повстанцев он всего лишь маска, фасад, и все, чем они могут руководствоваться в вынесении своего приговора, лежит на поверхности. Да, он был канцлером в Империи - титул не официальный, но наиболее точно описывающий всю полноту власти и влияния Вейдера. Да, на его счету много преступлений, и он, не моргнув глазом, повторил бы все и каждое из них. Но в решающий момент он перешел на сторону повстанцев, уничтожил Императора и спас Люка. Это стоит многого.
У джедаев же все намного сложнее. Фасадом их не обмануть, и они руководствовались бы теми потаенными, глубинными мыслями, что подтолкнули Вейдера переметнуться на сторону Люка. 
Люк ощущал, как его отца обуревает ярость. 
Вот уже второй месяц он сидел в клетке, которая нейтрализовала его Силу, ограничивала ее в том маленьком пространстве, в котором он был заперт. Как дикий зверь. Вот именно. Как тупое животное, которое выловили в лесах и доставили в зоопарк. 
Вейдер часто ходил по комнате, измеряя шагами ее ширину, и его черный плащ уже не летел за ним, как когда-то, когда железный канцлер шел впереди всех своих солдат, и казалось, что это его молчаливое приближение намного страшнее, чем выстрелы из бластеров штурмовиков. 
И глядя, как край его плаща покрывается пылью, и из черного становится грязно-серым, как одежда бродяги, Вейдер впадал в такую ярость, что клетка начинала чуть слышно вибрировать и гудеть, еле удерживая натиск его Силы. 
Сила темной стороны прорастала в нем, как дерево, оплетая тонкими черными нитями каждый палец, каждую клеточку его тела. Она проливалась под искусственной кожей, как чернила, обволакивала тело, и Вейдер понимал, что он сейчас силен, как никогда. Еще будучи Энакином Скайуокером, он был тщеславен. Став Вейдером, он еще больше укрепил свое тщеславие. Наверное, это было непередаваемым удовольствием - держать живого, сильного, целого человека за горло и душить, давить его жизнь механическими пальцами, понимая при этом свою калечность и ущербность. Вейдер привык быть самым сильным, и большинство вопросов привык решать именно силой - подспудно понимая, что просто пытается компенсировать свою ущербность.
А сейчас он не мог сделать ничего!
И от осознания этого ярость вновь и вновь захлестывала его с головой, а вместе с яростью приходила и Сила. 
От этого мощного прилива Силы он даже ощутил некоторое облегчение. Ему казалось, что этими тонкими нитями Сила накрепко сшивает его разбитое, истерзанное тело, и заглаживаются его старые шрамы, а выжженные легкие будто бы совсем никогда не были повреждены, и теперь снова наполняются живой кровью, и даже дыхание в маске стало намного легче, не таким шумным. 
От единого его взгляда корежились, ломались титановые ножки тюремных стульев, и прогибалась гладкая блестящая столешня, мебель со скрежетом превращалась в искореженные комки, так, словно была из бумаги, а кто-то взял да и смял ее в ладони. 
И Вейдер, сидящий в клетке, ощущал себя самым сильным человеком в Галактике, и тогда ярость и черная Сила снова и снова затопляла его мозг.
Все это чувствовал Люк; он чувствовал это так отчетливо, как если б Вейдер смотрел ему в лицо своими горящими, как рдеющие угли, глазами, и говорил, говорил, говорил о своей ненависти и жажде передавить всех собственноручно, кто его пленил, глядя в их затухающие глаза!
И он не мог, не мог поклясться перед Временным Советом в том, что Вейдер не опасен и готов стать союзником. Одно его слово - и Вейдер был бы свободен..!
Но Люк не мог... 
И Вейдер это знал. Он чувствовал это. 
И понимал, снова и снова понимал, что они с Люком по разные стороны баррикад, и никогда не станут вместе - как отец и сын. 
Это обстоятельство приводило его в еще большую ярость. Его злило то, что Люк не хочет присоединиться к нему; его до яростной дрожи злило, что все вышло так, как вышло, и то, что несмотря ни на что, он все же ощущает в своем сердце любовь к сыну, и не может ни подавить ее, ни переубедить сына. Больше всего его злило то, что он не может решить все, как он привык - силой, грубой силой. Он понимал, что никогда не сможет сомкнуть свои пальцы на горле Люка, и уж тем более, он не будет рад посмотреть в его умирающие глаза. 
И это ранило его больше всего. 
Суд проходил без Вейдера. Формально это было объяснено тем, что доставлять клетку с Вейдером всякий раз в зал, где заседают судьи, очень хлопотно. Но Люк знал истинную причину - с Вейдером просто не хотели оставаться в одном помещении. Его присутствие давило и угнетало. А с тех пор, как пошли слухи, что лорд ситхов иногда снимает свой шлем (скорее всего, это действительно всего лишь слухи, но вдруг?!), желающих нечаянно взглянуть в лицо ситха не стало совсем. 
- ...и снова вы станете отстаивать право Вейдера на жизнь? - устало, уже в который раз повторил адмирал Акбар. Пожалуй, он был основным противником Люка, главным образом потому, что слишком хорошо был знаком с Вейдером.
Если бы не его упрямство, Люк уже добился бы оправдательного приговора для Вейдера. Под свою ответственность, на свой страх и риск, как угодно..! 
Остальным членам Совета уже надоело раз от раза возвращаться к теме о судьбе ситха, тем более, что оставалось нерешенной еще целая куча вопросов. Главным образом, Совет интересовало покорение Корусанта, и это они обсудили бы с большим интересом. Акбар готовил войска к первой из серии кампаний, целью которых было освобождение ключевых частей Галактики от имперского господства, и думать о чем-то другом ему не только не хотелось - он просто не находил времени для этого. 
Но Люк не давал им возможности уйти от темы, Акбар всякий раз привычно противился, и все шло по накатанной колее раз от раза, изо дня в день. 
Люку с каждым днем все труднее было это делать, и не один час он проводил в раздумьях о том, какие же аргументы он приведет в следующий раз. Но у него, в отличие от Акбара, был козырной туз в рукаве - Лея. Как и любой член Совета, она имела право голоса, и Люку ничего не стоило хитростью ли, или каким иным способом заставить ее снова. 
Лея, так же как и Люк, сомневалась. И ей приходилось куда труднее, чем ему. 
На нее давили все - Люк, члены Совета. 
Плюс Вейдер - она, как и Люк, чутко чувствовала все колебания Силы, и понимала, что происходит в душе отца. И одна вещь, которую она, как женщина, чувствовала намного острее, и знала наверняка, не давала ей покоя, и не позволяла согласиться с Акбаром и подписать смертный приговор Вейдеру. 
Она чувствовала, что Вейдер никогда, ни за что не причинит вреда ни ей, ни Люку. Для самого Вейдера эта мысль была невыносима, обжигающая, и думая об этом, он словно заново погружал руку в лаву. 
И Лея не могла встать на сторону Акбара, не могла, хотя в отношении других планов и желаний Вейдера у нее не было никаких сомнений.
- Буду! - с горячностью ответил Люк. - Буду, и еще раз буду! Я настаиваю, что Вейдера стоит попробовать перетянуть на свою сторону и заручиться его поддержкой! Вспомните о том, что своей победой мы обязаны именно ему! Никто из нас не сделал для Республики больше, чем он - так неужели мы имеем право..!
Наверное, Акбар снова возразил что-то, у Люка уже и речь была заготовлена, но их спор опередили. 
Лея, склонив голову к Мон Мотме, что-то шепнула, и женщина негромко кашлянула, привлекая внимание мужчин к своей персоне. 
- Думаю, пора прекратить этот бессмысленный спор, - произнесла она, поднявшись. Люк стрельнул глазами в сторону Леи - что это значит?! Та лишь покачала головой - доверься мне. Это единственный способ, поверь! - Я размышляла над этой проблемой не меньше вашего, Люк, поверьте мне. И я так же, как и вы, считаю, что уничтожать того, кто помог нашему делу, жертвуя своим положением и даже жизнью - это низко и недопустимо. 
Ага, возликовал Люк, Лея умудрилась перетянуть на свою сторону Мон Мотму! Значит, их уже трое! Это просто невероятно!
Однако, Люк рано радовался. У Мон Мотмы на ситуацию была своя точка зрения. 
- Однако, - продолжила женщина, подняв со стола некий документ (занятый своими мыслями, Люк не замечал его раньше), - не стоит сбрасывать со счетов и то, КЕМ является лорд Вейдер. Он ситх; и я не знаю силы, которая изменила бы это. Он потенциально опасен. От него в любой момент можно ожидать всего, чего угодно, - члены совета оживленно зашевелились, заговорили, и Люк несколько раз услышал слова "Вейдер" и "убийство". - Поэтому предлагаю отложить рассмотрение его дела на срок в полгода. 
Послышались возгласы: "Еще полгода! Вот уж нет!" И Люк совсем растерялся. Он не понимал, куда клонит Мон Мотма.
Однако она взмахом руки успокоила разволновавшихся людей, и подняла над головой бумагу.
- Вот мое предложение, - звучно и четко сказала она. - Я предлагаю сослать Дарта Вейдера в Галактическую тюрьму, за Внешнее Кольцо. Поверьте мне, это достаточно надежное место для того, чтобы он не смог доставить нам неприятностей, а так же достаточно надежное для того, чтобы недоброжелатели Вейдера не смогли до него добраться. Мы выполним все наши обязательства по отношению к нему, защитив его и одновременно изолировав его, чтобы не причинить вреда никому, в том числе и ему самому. Вместе с этим, полгода - это достаточный срок для того, чтобы разобраться с нашими текущими делами и найти в себе силы вернуться к рассмотрению его дела. Так же за это время мы попытаемся понять, что он на самом деле из себя представляет, и опасен ли он для нас. Кто согласен со мной, прошу подписать этот документ. 
Когда руки членов Совета потянулись за бумагой, Люк шумно выдохнул и закрыл глаза. 
Ссылка! 
Ссылка в самые отдаленные части Галактики, в вечную пустоту и черноту Космоса, в одиночество. Долгое, долгое существование в камере, которая всегда будет ограничивать Силу - практически та же клетка, которая приводит Вейдера в такое бешенство! - одни и те же лица надсмотрщиков. 
И тишина. Гнетущая тишина тюрьмы, нарушаемая только гудением камеры, становящимся особенно невыносимым в минуты наибольшей ярости... Замкнутый круг.
Будет ли Вейдер рад этому?
Это, конечно, не смерть, но...
Словно бы испытывая огромное облегчение, члены Совета быстро подписали документ. Люку стала неприятна их поспешность и их оживление, с которыми они поднялись со своих мест и разошлись, оживленно обсуждая все то, что им так давно хотелось обсудить, и чему мешала тема Вейдера. Все-таки, они могли бы испытывать к ситху большие уважение и признательность! Хотя...
Лея, зажав в руке документ, подбежала к брату. По его лицу она поняла, что его не совсем устраивает решение Совета, но сама она никаких сомнений на этот счет не испытывала. 
- Поверь мне, Люк, так будет лучше! Это действительно выход, и Мон Мотма права в каждом ее слове! Времени - вот то, чего нам не хватало. Времени, чтобы понять его и понять себя.
Люк покачал головой. 
- Не знаю, Лея, не знаю. Что будет дальше?
Лея пожала плечами. Ее пальцы как-то нерешительно теребили лист бумаги, подписанный членами Совета. 
- Мон Мотма займется тем, что подберет для... - Лея запнулась, не решив, как назвать человека, чью судьбу они решали. - ...для отца конвой - естественно, это будут проверенные и верные люди, самые надежные, - и отправит его на "Небесной крепости" за Внешнее Кольцо. Офицер, который будет его сопровождать, и станет за него отвечать, уже выбран. Это R-052, из среднего офицерского состава. Это безупречный человек; тебе не о чем волноваться. Его не смогут ни подкупить, чтобы он помог недовольным убить Вейдера, ни запугать. 
Люк вздохнул снова; однако, на душе его стало поспокойнее. Он, наконец, взглянул на бумагу, которую протягивала ему Лея. Мелкая вязь буковок, имена членов совета, и - вот оно! - приговор: полгода... Полгода отсрочки. Полгода гарантированной жизни. Это больше, чем ничего.
- Пойду, скажу ему, - произнес Люк, возвращая бумагу Лее. - Не думаю, что он будет рад... Но хоть что-то. 
- Хоть что-то, - как эхо, повторила Лея. 

 

Категория: Проза | Добавил: Константин_НеЦиолковски (10.11.2014)
Просмотров: 444 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Это интересно
Друзья сайта
  • Все для веб-мастера
  • Программы для всех
  • Мир развлечений
  • Лучшие сайты Рунета
  • Кулинарные рецепты
  • АВС
    Каталог ABC Create a free website
    Баннер
    Звездные войны: Энциклопедия. Статьи и последние новости о вселенной.
    Опрос
    Оцените мой сайт
    Всего ответов: 8
    Получи денежку
    Яндекс цитирования